Бархатная смерть - Страница 107


К оглавлению

107

– Нет-нет, я вам не верю. Вы хотите меня запутать, подловить. Вы хотите, чтобы я созналась в том, чего не было. Она говорила…

– Она вам говорила, что мы попытаемся взвалить вину на вас? – закончила за нее Ева. – На этот счет она была права. Но она говорила, что мы попытаемся обвинить вас в убийстве Неда, а там вы были чисты. Там вам не о чем было беспокоиться. Вот только на такой оборот она не рассчитывала, верно? Ни одна из вас этого не предусмотрела. Я знаю, что вы сделали. – Ева отстранила Бакстера и придвинулась вплотную к Сьюзен. – Я знаю, что вы убили Томаса Эндерса. А ведь это он платил за спортивную форму, которую ваши дети носят и сейчас. Ты его убила, бессовестная, бессердечная сука.

– Это безумие. Я его даже не знала. Люди не убивают тех, кого даже не знают.

– Это она тебе так сказала? «Им никогда не догадаться». Но и тут она ошиблась! Все это ее ошибки, но я заставлю тебя заплатить за каждую из них. Я засажу тебя за решетку, Сьюзен. В глаза смотреть! – Яростным рывком Ева повернула кругом стул Сьюзен. – Я засажу тебя за решетку, и она меня не остановит. Да она пальцем о палец не ударит, потому что ты ей больше не нужна. Она будет рыдать в объектив и смеяться за закрытыми дверями, потому что ты такая дура – себе самой помочь не можешь. А твои дети? Теперь их будут воспитывать чужие люди.

– Нет. Прошу вас. Боже!

– Лейтенант, не надо. Дайте ей секунду. Сьюзен, вы должны нам все рассказать. Если вы будете сотрудничать, постараюсь вам помочь. Я поговорю с прокурором, – пообещал Бакстер и сжал ее руку. – Может, она на вас надавила, может, она вам угрожала, может, она вас шантажировала, может, вы решили, что у вас нет выбора.

– Я собираю улики против нее прямо сейчас, – вмешалась Ева. – Когда улик будет достаточно, она окажется здесь. И уж она-то тебя точно заложит. Если она первая расколется, она получит преимущество. Лично я предпочитаю, чтобы вы обе провели свои дни за решеткой. У тебя есть минута, одна минута, чтобы я передумала. После этого, считай, я с тобой покончила. Тебя арестуют за убийство первой степени, и ты никогда не увидишь своих детей.

– Не надо, не надо, пожалуйста! Вы не понимаете…

– Да нет, это ты не понимаешь, тупая жалкая идиотка. Я знаю, что ты сделала. Я знаю, как ты это сделала. Я знаю, зачем ты это сделала. У тебя есть один шанс перевести стрелки, а не то я собственноручно брошу тебя в камеру, запру, а ключ выброшу.

– Лейтенант, лейтенант, дайте ей шанс, дайте ей минуту. Помогите нам понять, – обратился Бакстер к Сьюзен. – Я хочу вам помочь, но для этого я должен понять.

– Я не думала, что все будет по-настоящему! – Сьюзен разрыдалась. – Я не думала, что это всерьез. А потом оказалось, что так и есть. Я не знала, что делать. Она сказала, что я должна.

– Говори прямо, – рявкнула Ева. – Кто сказал? Что ты должна?

Сьюзен опять закрыла глаза.

– Ава сказала, что я должна убить ее мужа, потому что она убила моего. Все, как мы договаривались. – Сьюзен буквально рухнула головой на стол. – Я так устала. Я больше не могу. У меня нет сил.

21

Ева вышла из комнаты для допросов, чтобы позвонить Шер Рио и в то же время дать возможность Бакстеру успокоить Сьюзен. Она бросила взгляд на появившуюся из зоны наблюдения Миру. Мира остановилась у торгового автомата, заказала три банки воды и одну пепси – для Евы.

Поговорив с Рио, Ева сунула коммуникатор в карман и взяла банку пепси.

– Спасибо. Прокурор готов на сделку, ему нужна крупная рыба. Ава куда крупнее. Настоящая акула.

– А Сьюзен – никто и ничто в сравнении с ней. Она убила, Ева, тут двух мнений быть не может. Но ее использовали.

– У нее был выбор, она его сделала. – Ева отпила пепси. – Но я тоже готова предложить ей сделку.

– Я досмотрю до конца. Когда ей дадут адвоката, последует запрос на психиатрическую экспертизу.

– Пусть ей промывает мозги хоть целый взвод психиатров, но только после того, как я получу признание. Да, я прекрасно понимаю, что вы хотите сказать. Я тоже ее использую. У меня с этим нет проблем.

– И не должно быть, но…

– Она слабая, – перебила ее Ева. – Вы видите в ней жертву, вы ей сочувствуете. Что ж, можете ее жалеть. Но я смотрю на нее, а вижу Томаса А. Эндерса.

Мира молча кивнула и вернулась в зону наблюдения.

А Ева – в комнату для допросов.

– Лейтенант Даллас возвращается в комнату для допросов, – объявила она для протокола. – Предлагаю вам сделку, Сьюзен. Вы меня слушаете?

– Да, я слушаю.

– Прокурор снизит обвинение с одного эпизода убийства первой степени и одного эпизода заговора с целью убийства до одного эпизода убийства второй степени. Это значит, что вы будете отбывать наказание в стране и вам разрешат видеться с детьми.

Слезы из глаз Сьюзен покатились так обильно, словно открылись водопроводные краны.

– Какой срок мне грозит?

– От пятнадцати до двадцати лет.

– Пятнадцать лет! Дети станут совсем взрослыми.

– Через семь лет сможете подать прошение на условно-досрочное, – сказал Бакстер.

– Если не будете сотрудничать, если дело дойдет до суда, вам предъявят первоначальное обвинение, а это два последовательных пожизненных срока. Без свиданий с детьми. – Ева села. – Выбор за вами.

– Мои дети. Я… у меня есть сестра. Они могут жить с моей сестрой?

– Я об этом позабочусь. Лично, – пообещал Бакстер. – Поговорю с вашей сестрой, поговорю с Детской службой.

– С ней им будет лучше. Давно надо было их забрать и уехать к сестре. – Сьюзен вытерла слезы бумажным носовым платком, который дал ей Бакстер. – Все было бы совсем по-другому, если бы я взяла их и уехала. Но я этого не сделала. Я думала, раз Нед их отец, мы должны жить вместе. Я думала, раз я его жена, я должна вести дом. Я думала, если я как следует постараюсь, все будет хорошо. Но сколько я ни старалась, становилось все хуже и хуже. А потом…

107